Самоотрицание Лянчжи: новое конфуцианство Моу Цунсаня
Идеалистический проект «Нового конфуцианства» Моу Цунсаня
Лянчжи (良知, «врождённое знание добра») — понятие из традиции Мэн-цзы и Ван Янмина: нравственное сознание, присущее каждому человеку. Для Моу это не просто психологическая способность, а выражение «интеллектуальной интуиции» (智的直覺), то есть способности непосредственно постигать вещи как они есть сами по себе, а не как явления. Здесь он критически перерабатывает Канта: по Канту, такая интуиция доступна лишь Богу, по Моу, она доступна человеку, и именно это делает возможной «моральную метафизику».
Моральный субъект (лянчжи) сам по себе устремлён к нравственной практике и целостному постижению мира. Но для познания внешних объектов, то есть для науки, нужна другая установка: субъект должен встать напротив мира как наблюдатель, разделить «я» и «объект», действовать по правилам логики и понятийного мышления. Это требует, чтобы лянчжи «добровольно умалил себя» и перешёл в состояние «познающего субъекта» (знающего рассудка).
Моу опирается на буддийскую формулу «одно сердце-сознание открывает двое врат» (из «Пробуждения веры в Махаяну»), перенося её на конфуцианский материал:
- Врата «вещи в себе»: лянчжи в своём исходном виде. Здесь нет разрыва между «я» и миром: человек не стоит напротив вещей, а нравственно соединён с ними («образует с небом, землёй и всеми вещами одно тело», как говорил Ван Янмин). Вещи постигаются интеллектуальной интуицией как они есть сами по себе.
- Врата «явлений»: лянчжи, превратившийся в познающий рассудок. Здесь мир предстаёт как совокупность объектов, а «я» как наблюдатель, оперирующий понятиями, логикой, математикой.
Моральный субъект первичен: это корень, а познающий рассудок вырастает из него. Это отличает Моу от Канта, у которого теоретический и практический разум лишь два применения одного разума без такой иерархии.
Самоотрицание Лянчжи
Само слово 坎陷 (кань сянь) буквально значит «провалиться в яму» (иероглиф 坎 из «Ицзина», гексаграмма «Бездна»). «Самоотрицание» только один из вариантов перевода, часто говорят также «самоограничение» или «добровольный спуск».
Познание требует разделённости. Чтобы изучать объект, нужно «остановить» его перед собой, зафиксировать как нечто внешнее и определённое (по Канту, подвести под категории, пространство и время). Для лянчжи же естественно целостное, неразделённое отношение к миру. Значит, чтобы познавать, оно должно отказаться от своего непосредственного, недвойственного способа бытия: «замереть» в позиции «субъект против объекта». Это и есть отрицание: лянчжи на время отрицает собственную форму.
У познания свои законы. Логика, математика, научный метод не выводятся из нравственности и не терпят её вмешательства: нельзя доказать теорему, «чувствуя добро». Поэтому лянчжи должно как бы «отступить на шаг» (у Моу выражение 讓開一步) и дать рассудку самостоятельность. Отсюда и ощущение именно отрицания, а не простого продолжения.
Зачем лянчжи это нужно. Здесь главный аргумент о «необходимости». Нравственная воля хочет не только быть, но и осуществляться в мире. Чтобы спасти утопающего, нужно знать, как плавает человек и как ведёт себя вода; чтобы улучшить общество, нужны знание и институты. Лянчжи без науки остаётся бессильным, поэтому ради собственной реализации оно порождает знающий субъект. Отрицание, таким образом, внутреннее и целесообразное, а не потеря.